toujours_murr: (Femme savante)
Когда дописывала об отношении Мэри МакКарти к американской коммунистической партии и радикальным левым 30-х в целом, процитировала одного весьма неделикатного критика:


Политика Мэри МакКарти была как ее сексуальная жизнь: промискуитивная и беспринципная, больше вопрос удобной случайности чем серьезности намерений и убеждений.


Как же мне было сложно удержаться и не написать: Он так говорит, как будто это что-то плохое!



toujours_murr: (Femme savante)
Волею судеб я попала пару дней назад на сайт - насколько я поняла, такой психологически-поддерживающий, с элементами учебника анатомии - где можно рассматривать фотографии мужских гениталий в сугубо научных интересах.
Линк на сайт не дам! (если только приватным сообщением)
После просмотра фотографий я поняла две вещи:
1. Мне очень везло в личной жизни
2. Интернет - великое благо. Моей "любимой" писательнице Мэри МакКарти не выпало родиться во времена всемирной сети, и пришлось изучать вопрос разнообразия мужских гениталий совершенно самостоятельно. Особенно интенсивно она этим занималась после ее первого развода, в однокомнатной квартирке на Веселой улице (Gay Street!) в Нью-Йорке 30-х годов:

В какой-то момент до меня дошло, что за двадцать четыре часа я переспала с тремя разными мужчинами. И однажды утром я была в постели с кем-то и над его головой, по телефону, договаривалась о следующей встречи с кем-то другим. И хотя я была немного напугана этим развитием событий, я не чувствовала себя распутной. Может быть, у всех так. И может быть, гораздо больше девушек спят с большим количеством мужчин, чем можно себе представить глядя на них.
Я сравнивала сексуальное оснащение разнообразных мужчин с которыми я занималась любовью; там были поразительные различия и в длине и в массивности. У одного красивого женатого человека, который всегда приносил с собой два пирожных из слоеного теста из очень хорошей кондитерской, был пенис по форме и размеру смахивающий на свинцовый карандаш; этот человек останется без имени. Мой опыт говорил мне о связи с ростом - и Филип Рав и Билл Мэнголд это подтверждали. Наверное, есть низкорослые мужчины с чудовищно большими членами, но я никогда не знала таких. Только гораздо позже (после моего второго развода) я встретила мужчину с извращенными взглядами или импотента (таких было двое). Совершенно точно сексуальное счастье - роскошь довольства -  отличительно влияло на мое отношение к любовнику. Но оно не всегда было решающим фактором. Ни у кого из моих партнеров, с облегчением услышит читатель, не было венерического заболевания.
toujours_murr: (Femme savante)
Мы с мохмухом пересматривали на днях Boston Legal - о бостонской юридической конторе, чей главный партнер, звезда и плейбой Денни Крейн (играет его Кптн Кёрк, он же Уильям Шэтнер, и кажется, самого себя играет) потихоньку и очень смешно сходит с ума от коровьего бешенства (ну он так говорит).

У него есть лучший друг, тоже юрист-звезда, Алан Шор, помоложе и посумасшедшей, но в хорошем смысле. И вот в какой-то серии у этого Алана все идет не так - его гёрлфренд уезжает обратно в Англию (ради Руперта Эверетта - ну кто поверит, он же gayer than Christmas!), дело в суде он проигрывает и вообще ему за сорок. Тогда он приглашает на ужин молоденькую новую коллегу (она при этом смотрит на него как на г), ужасно себя ведет в ресторане (поет там вот эту песню, но про лосося выращенного на аква-фермах), чем окончательно отвращает девушку.

И в конце этого дня ему за такое его поведение делает выговор маститая Шёрли Шмидт, третья из главных партнеров фирмы. Чтоб не приставал, значит, к молодым женщинам, а то засудят.
На что Алан ей отвечает:

Вам, женщинам, легко - вы с возрастом становитесь только прекрасней. А мы, мы… мы становимся смешными. И толстыми.

Это на первый взгляд звучит дико, особенно для зрителей постсоветского пространства, привыкших к суровым ветрам мизогинии, которые задувают любую женщину после 24-х лет в категорию "возрастная," а после 30-ти, если почитать рунет, советуют ползти на кладбище, причем в темпе. Мужчина же, имея лысину, пузо, свиные глазки, и прошедши путь земной больше половины в заношенных тренировочных штанах, изначально выше любой критики.
Представить себе такую сцену в постсоветском сериале невозможно.

А в американском и западноевропейском мире действительно большая разница в возрасте и статусе уже не комильфо. Если 20-30 лет назад врачи женились на медсестрах, а юристы на секретаршах, то сейчас врачи женятся на врачах, а юристы на юристах. Дa еще и на сверстницах. Так что советы Хелен Гёрли Браун, несмотря на то, что ее книжка 60-х, Sex and the Single Girl, переиздается - устарели. Там, среди прочего, она рекомендует устроиться на работу секретаршей. Но нет, сейчас это не прокатит, сейчас надо учиться на юрфаке.

С другой стороны, может быть, Алан Шор говорит все это Шмидт, просто потому что Шмидт - это Шмидт. Ее играет актриса Кэндис Берген - в конце 60-х она снималась в фильме The Group (по одноименному бестселлеру моей Мэри МакКарти), в роли самой красивой из группы, Лэйки.

Вот так она тогда выглядела:


group10


Но и в роли Шмидт она вполне себе торт:


candice-bergen-as-shirley-schmidt
toujours_murr: (Femme savante)
Американский писатель и критик Двайт Макдональд - коллега Мэри МакКарти -
вспоминает:

Улыбка Мэри широко известна (…)
Когда вам улыбаются красивые девушки, вы, как правило, чувствуете себя великолепно.
Когда вам улыбается Мэри, вы проверяете, не расстегнута ли у вас ширинка.



mary-mccarthy

toujours_murr: (Femme savante)
Иду значит я из библиотеки домой и тут внезапно ко мне грязно пристает меня окликает мохмух, который меня таки догнал (ну да, я-то пешком, а он-то на велосипеде). Окликнул, приобнял хозяйски, руку свою, на велосипедном руле замерзшую, о мой бок греет (вот гад!).

А я ему рассказываю, как Мэри МакКарти должна была выклянчить у Эдмунда Уильсона статью для Партизан Ривью, и так она нервничала от перспективы ужина с ним, что напилась в ресторане до свинячьего визгу и проснулась незнакомом номере отеля с кем-то рядом. "Я опозорила Партизан Ривью!" восклинула она. Но тело рядом оказалась ее знакомой Маргарет Маршал, которая тоже присутствовала на ужине. А МакКарти опозорила Партизан Ривью чуть позже (когда таки оказалсь в постели с Уильсоном).

В общем, восклицаю я что воскликнула Мэри МакКарти, и приняв мои губы за алый цветок в рот мне залетает мушка или мошка, и я это насекомое съедаю. Случайно. Потому что, скажу я вам, очень неприятно заглатыватъ мошек или мушек. Они прилипают к горлу изнутри.
Тут мохмух резко останавливается, громко расстегивает карман (он у него на липучке!) и достает банан. "Заешь!" командует он. Я подчиняюсь, он говорит "Люблю быть resourceful" и дальше все хорошо.
(тут надо сделать что-что с идиомой "заморить червячка," но мне диссер надо сдавать через восемь недель, так что сил нет что-то делать).
toujours_murr: (Femme savante)
Моя Мэри МакКарти вспоминает свою соседку по комнате в колледже (если кто забыл - Вассар колледж, один из самых престижных американских женских колледжей первой половины 20-го века. Сейчас он просто престижный, но уже с совместным обучением):

У моей соседки главным предметом была математика, хотя ее серьезные интересы вне колледжа заключались в мужчинах, одежде и дорогих машинах. Так получилось, что она была умна и ее мозгу было приятно заниматься интегралами. Но она никогда не задавалась вопросом, что с этим всем делать - такой вопрос выглядел бы вульгарным или даже бессмысленным.

Вот почему я не живу тогда? Престижный колледж у меня есть, с мозгами вроде тоже все в порядке, одежда и мужчины вполне интересуют. Ну английская литература вместо математики, окей. И меня ведь постоянно спрашивают: "А кем ты будешь когда вырастешь? Что ты будешь с этим делать?" Обогащать свою бессмертную и бесценную душу, блин.
toujours_murr: (Femme savante)
Мэри МакКарти, будучи 20-ти с чем-то летней соплячкой выпускницей Вассара, написала вот такую рецензию на нашумевшую пьесу Теннесси Виллиамса Трамвай "Желание" в Partisan Review:

"Эта пьеса о трудностях мужчины попасть в собственный туалет, который постоянно занят сестрой жены."
toujours_murr: (Femme savante)
Наверное, несчастная любовь один из самых мощных способов почувствовать себя совершенным лузером.
Как бы нu мерцал твой божественный рот коралловой помадой, как бы круто нu завивались локоны - при несчастной любви нахрен никому не нужны ни зелень глаз твоих, ни нежный голос, ни золото волос. И недюжинный ум и тонкое чувство юмора тоже можно засунуть в, если абонент временно - то есть, все время -  недоступен.

Поэтому меня так сильно радуют любовные страдания великих женщин. Помню, когда было особенно худо, лет десять назад, я вдруг вспоминала: А ведь и Ахматову бросали! И глаза сразу менее сурово глядели в потемневшее трюмо.

Мэри моя МакКарти, которая была вообще редким вампом и наикрутейшей во всех смыслах (до сих пор ее три мужика за сутки не дают мне покоя), втрескалась как-то на старости лет чуть после сорока, будучи дамой вообще-то замужней (хоть он и был геем и на семь лет ее моложе), в одного английского алкоголика литератора, в прошлом боксера. Звали чувака Джек Дэйвенпорт, выглядел он как хорошо покоцанный свин, и внутренне свинской своей внешности вполне соответствовал - у него было несколько жен и много детей и не все жены знали друг о друге. Еще он был патологическим лгуном, не только с женщинами.

Мэри МакКарти несколько раз летала тайком от своего юного Баудена в Англию и встречалась с Джеком в плохоотопляемых лондонских квартирах. Когда она приехала в очередной раз, Джек изчез и не соизволил появляться. Мэри вернулась в Америку с разбитым сердцем. Ахтунг, с реально разбитым, у нее начались серьезные медицинские траблы с сердцем, также называющиеcя broken heart syndrome. У крутой Мэри! Брокен харт синдром!
А что тогда хотеть от простых смертных.

вон Мэри какая крутая, ваааще! )
toujours_murr: (Grammar Police)
Безграмотность и нечувстительность к языку чем-то сродни глупости, во всяком случае, реакция на них похожа (таки бесит, бесит. Не опечатки, конечно, не мелочи, которые попадаются почти у всех, а "ни чего," например, или клише вроде "нежно люблю"). В прекрасном эссе Джорджа Оруэлла "Политика и английский язык" объясняется, почему:

Язык становится уродливым и неточным из-за наших дурацких мыслей, но неряшество нашего языка способствует нашему дурацкому мышлению.

Оруэлл сетует, насколько распространены клише и конструкции фраз вместо простых глаголов ("имело место быть" вместо "случилось") в письменной речи. Он сравнивает эти конструкции с протезами (verbal false limbs). Протезы строят наши предложения за нас и даже, частично, думают наши мысли, вернее, думают вместо нас. И они скрывают смысл сказанного от нас самих. Человек, постоянно пользующийся клише, становится похож на робота - его голосовые связки выдают какие-то звуки, но его мозг почти отключен.

Интересно, что размытость, безграмотность, и обилие клише особенно часто встречаются в судебных заседаниях. Мэри МакКарти, писавшая репортажи о скандале в Вотергэйте и о суде над офицером Мединой (одним из ответственных за резню мирного населения во Вьетнаме), постоянно замечала жуткий язык всех участвующих. "Цель языка - скрыть мысли," сказал кто-то из французов, но она не помнит, кто именно. И она с ним не согласна. МакКарти думает, что язык как раз повышает сознание, самосознание в том числе. Но способность пользоваться языком и понимать его несет, как все виды власти, определенную ответственность, которая большинству людей не нужна. Словесная некомпетентность связана с (часто желанным) понижением сознания. И с неискренностью - чем размытее и запутаннее выражения, тем труднее понять, что же вообще имелось в виду, тем меньше ответственности.

Поэтому вместо того, чтоб писать нет - от слова совсем, или дедушка Фрейд, или когнитивный диссонанс, стоит подумать, что мы вообще хотим этим сказать. И проверить орфографию, на всякий случай.
toujours_murr: (Femme savante)
Меня очень раздражают глупые люди, вплоть до агрессии - хочется стукнуть глупца по башке, причем сразу.
Читая переписку Мэри МакКарти с Ханной Аренд, я наконец-то поняла, что такая реакция вполне правильная.

(из письма МакКарти Аренд; Париж, 9 июня 1971)

Здесь я весьма согласна с Кантом (...)  -  глупость возникает не из-за слабости мозга, а из-за дурного сердца.
Нечувствительность, неясность, неспособность связать одно с другим, и часто сопутствующее всему этому примитивное "животное" хитроумие. Непроизвольно чувствуешь, что это ментальное забытье  - выбрано, сердцем или моральной волей  -  и является активным предпочтением. Поэтому глупость так сильно раздражает, чего у нас не происходит с по-настоящему отсталым человеком. Деревенский идиот может быть гораздо менее глуп чем Эйхман*. Оттуда и старинное приравнивание "душевной простоты" и доброты души или сердца. Идиот конечно же может рефлексировать; он думает, по-своему, скорее всего много, может быть даже больше обычного человека, потому что его ментальные способности дефектны и он "соединяет," что в чем-то отличается от создания логических цепочек...


--------------------------------
*Ханна Аренд написала нашумевший "Эйхман в Иерусалиме. Репортаж о банальности зла" - о процессе над нацистом Отто Адольфом Эйхманом в апреле 1961-го года.
toujours_murr: (Femme savante)

Как я тут уже неоднократно говорила, писательница Мэри МакКарти была очень красивой женщиной.
Вот так она выглядела, выпускаясь из Вассара:

young Mary )


А так много позже:

Mary 1 )


Mary 2 )

Mary 3 )

И ее брат, Кевин, был тоже очень ничего. Он был актером, причем даже небезысвестным. Если вы смотрели фильм "The Misfits" с Мэрилин Монро и Реттом Батлером Кларком Гэйблом, то знайте - Кевин тот самый муж, с которым Мэрилин встречается на ступеньках суда в самом начале. Его лицо там крупным планом. И правильно, что крупным, они с Мэри были очень похожи (и в молодости и в глубокой старости).
Но тут он молодой:

Kevin 1 )

Kevin 2 )

А здесь Мэри и Кевин вместе:

sister&brother )

В общем, видно, что гены там что надо. Кстати, Мэри вышла в четвертый раз замуж в 49 лет, по большой любви и бешеному сексу и глядя на свадебные фотографии, понятно, что он - дипломат и красавец мужчина - в ней нашел:)

Mrs & Mr West )



Но во второй раз ее угораздило выйти замуж за Эдмунда Вилсона, значимого американского литературного критика, близкого друга Владимира Набокова и Фрэнсиса Скотта Фицджеральда.
Когда он учился с Фицджеральдом в Принстоне, он еще был окей:

yound Bunny )

Но это скоро изменилось:

older Bunny )

Вот они вместе с Мэри, брр:

an odd couple )

И родился у них сыночек, Ройель. Милый мальчик, тут он с мамой:

Mary with little Reuel )

А тут он уже постарше, и опять с мамой:

Mary with grown up Reuel )

Но похож он на папу, какая досада!

old Reuel Wilson )

С другой стороны, не думаю, что ему это так уж не нравится.
"Ты, конечно, интеллектуалка," говорил он матери в детстве, "но мой отец - литератор!"

toujours_murr: (Femme savante)
Занимаясь творчеством Мэри МакКарти, я воспринимаю ее литературу не просто как современную, а как суперсовременную.

Но вот прочитала, что они с Эдмундом Вилсоном (одним из крупнейших американских лит. критиков, другом Набокова и ее вторым мужем) пошли в кино смотреть диснеевскую "Белоснежку и семь гномов" ("Это была не моя идея," язвит МакКарти), и до меня доходит, как это все же было давно.

Но все равно - американские тридцатые кажутся мне куда менее далекими, чем советские тридцатые (или вообще европейские). Наверное, из-за вегетарианских времен.
toujours_murr: (Femme savante)
Видела сегодня в городе расклеенные везде плакаты - вот такие примерно:

Ü30-Party )


 - рекламу пати для тех, кому за тридцать; и с жаром поблагодарила дорогое мироздание, что меня это уже не касается. Мохмух, который подольше моего валялся в пыли был сингл, как-то приперся на такую вечеринку и сбежал в ужасе.


It's a jungle out there.

Как хорошо, что я в цивилизации.

Но ладно я, белая несмелая ромашка полевая.
Мэри МакКарти, известная фам фаталь, запросто имевшая троих мужчин за 24 часа, вот что писала в своем первом рассказе о статусе сингл:


Внезапно ее охватило небывалое чувство тоски и потери, совсем не драматичное или приятное. За последние полчаса она ясно поняла, что не выйдет замуж за Молодого Человека, и вглядывалась в неопределенное будущее, без какого-либо указателя для правильного направления. Почти все женщины, подумалось ей, будучи девочками не верят, что выйдут замуж. Ужас стародевичества нависает над ними с подросткового возраста.
Даже если они пользуются успехом, они думают, что никто достаточно интересный не захочет их до такой степени, чтобы на них жениться. Даже когда они обручаются, они боятся, что что-то пройдет не так, что что-то помешает. Когда они наконец выходят замуж, они воспринимают это как определенное чудо, и побыв замужем какое-то время, несмотря на то, что в ретроспективе весь процесс кажется совершенно нормальным и неизбежным, они сохраняют чувство смутной гордости за то чудо, которое они свершили. Но в конце концов ужас бытия старой девой изгоняется настолько тщательно, что они забывают, как он их вообще мог преследовать, и именно в этот период начинают размышлять о разводе. "Как я могла забыть?" прошептала она и стала думать, что ей теперь делать.



Это 1942-й год...


P.S.: http://www.dailymotion.com/video/x74puc_beyonce-single-ladies-official-musi_music#.UbBLzJXMB8d
toujours_murr: (Femme savante)
Мэри МакКарти была действительно очень крутой писательницей - ее легендарным, йейтсовским холодным оком* восхищались, но и боялись его в равной мере.

Ироническая дистанция присуща всем романам МакКарти - несмотря на описываемые трагедии вроде всяческих смертей, измен и одиночества, читатель ничего не принимает близко с сердцу, потому что восхитительный яд писательницы действует и как тоник и как обезболивающее.

Но существует один ее роман в котором несмотря на фирменный стиль, не принимать ничего близко к сердцу не получается. Это сборник автобиографичных повестей о ее детстве и юности, Memories of a Catholic Girlhood.

Детство Мэри МакКарти могло бы быть плохим сентиментальным викторианским романом, если б не было сущей правдой - в возрасте шести лет Мэри потеряла обоих родителей, они умерли в эпидемии инфлюэнцы 1918-го года. Тесс и Рой МакКарти были молоды, красивы, богаты и очень любили и баловали своих деток-погодков - кроме Мэри у них было еще три мальчика. Гриппом заболели все, еще в поезде из Сиэттла в Миннеаполис. В доме родителей Роя, к кому они и ехали через пол страны, Рой и Тесс умерли в разных комнатах (о чем не без гордости упоминала старуха МакКарти).

После смерти родителей, новые опекуны Мэри отобрали ее детские золотые колечки с брильянтами, муфточку и воротник из горностая ("былa эра дурного вкуса," сухо замечает МакКарти), и начали издеваться над сиротками, как и не снилось героям Диккенса.
Но деталь, которая заставила расплакаться меня в библиотеке несмотря на то, что книгу я читала далеко не первый раз, о другом.
Детям не сказали о смерти родителей - им рассказали, что "Дэдди и Мама уехали выздоравливать в больницу." Взрослая Мэри помнит не все о первых неделях без мамы и папы Мэри маленькой, но то, что она помнит, разрывает сердце:

Эти недели всплывают в моей памяти очень смутно, обрамленные черным, как траурная открытка. Темный колодец лестничной площадки, где я, наверное, без конца слонялась - сначала ждала, как увижу маму, возвращающуюся из больницы, а потом ждала просто так.

Просто так...
шестилетняя Мэри сама поняла, что мама не вернется, а привычка осталась.
Мэри справа - здесь ей семь лет. )и взрослая, за своей печатной машинкой )
-------------
*на могиле Уильяма Батлера Йейтса высечено:
Cast a cold eye on life, on death. Horseman, pass by.
toujours_murr: (Femme savante)
Мэри МакКарти, американская писательница и часть смысла моей жизни в данный момент, потеряла девственность в четырнадцать с половиной лет. Это весьма лихо для американского 1926-го года, для аппер-миддл-класса, для буржуазного Сиэттла.
Бабушка с дедушкой - родители Мэри умерли от инфлюенцы во время эпидемии 1918-го, когда Мэри было всего шесть лет - отдали не по годам умную и немного странную внучку в закрытый пансионат для девочек, и не разрешали встречаться с мальчиками.
Но она сама нашла себе не мальчика но мужа, то есть взрослого мужика, ему было тогда хорошо за 20 - он утверждал, что 23, но Мэри, вспоминая все к концу жизни, думает, что скорее 28. Форрест Кросби - он перестал с ней общаться чуть ли не сразу после afternoon в его автомобиле Мармон.


Он не был большим оригиналом. Наоборот, он был весьма банален, даже в той роли которую он играл в пробуждении моего чувственного воображения. Дело было не только в его ярко-голубых глазах, кудрявых волосах, в насмешливо сжатом рте, но также, я думаю, в его автомобиле, его трубке, в ботинках и носках, которые он носил. Меня соблазнили его аксессуары, как в рекламном объявлении, и среди них было его имя, похожее, как множество имен в Сиэттле, на псевдоним, творение рекламного агента.
Как говорили о таких мужчинах чуть позже, он был волком, но волком с последовательностью стиля - по всей видимости, он не считал, что овечья шкурка ему идет. Самое необычное в нем, скорее всего, было главенство стиля над содержанием, и сам факт (это может казаться противоречием), что ему было нужно от меня "только одно." Большинству мужчин,в конечном итоге, нужно гораздо больше.


Мэри отправила ему прощальное письмо  - она тяжело переживала расставание, ведь она была еще ребенком, а дети не прощают предательства.  На месте почтовой марки она написала "Я люблю тебя," и приклеила марку - Линкольна или Вашингтона - вверх ногами. На секретном языке девичьего пансионата это озачало "посмотри, что под ней." Но откуда взрослый, не очень умный мужчина мог это знать? 


Они встретились случайно еще раз, лет через десять - и в этот раз он, конечно же, влюбился в ослепительную красавицу, а она его, конечно же, помучила. Но еще через три года он внезапно умер, и для 27-ми летней Мэри было странно слышать, что ее первый мужчина уже мертв, как и ее первый муж, актер Гаральд Джонсруд (он погиб при пожаре отеля), и как еще один молодой человек, ради которого она ушла от первого мужа (сгинул в путешествии по Мексике).
Несмотря на то, что из всей серии смертей (дедушка Мэри умер в том же году) Мэри МакКарти меньше всего скучала бы по Форресту, его уход оставил еще одну "маленькую прореху в ткани ее жизни," считала она.

young Mary McCarthy )20s Marmon car )
toujours_murr: (Femme savante)
Когда Симона де Бовуар поделилась впечатлениями о своей поездке в Америку в 1947-м, безжалостная Мэри МакКарти, считавшая Бовуар кокетливой дурой, написала эссе "Mlle. Gulliver en Amérique" ("Мадмуазель Гулливер в Америке"). В этом эссе МакКарти озвучивает ощущение, которое воспоминания де Бувуар вызывают в американцах:


Как будто житель Лилипутии или Бробдинганга, нашедший экземпляр Путешествий Гулливера, начал читать на чужом языке о своих собственных обычаях, классифицированных наблюдателем другого биологического вида: все одновременно и знакомо и искаженно. Все ориентиры как будто на месте, как и некоторые институты и персонажи - Восьмая Авеню, Бродвей, Голливуд, Гранд-Каньон, Гарвард, Йель, Вассар, литературные знаменитости спрятанные под инициалами, аптеки и кафетерии и автобусы и светофоры - и все же все неправильно, систематизированно, рационально, как модель уменьшенного масштаба под стеклом.

Читая мемуары Лиллиан Хельман - одной из известнейших американских драматургов - мне нужно бороться с сильной предвзятостью. Хельман очень симпатизировала коммунистам, и несколько раз ездила в Советский Союз - в 37-м (!), в 44-м (!!), и в 66-м - дружила с Сергеем Эйзенштейном и Ольгой Берггольц. Она вообще любила горячие точки - раньше приперлась вместе с Хемингуэем и прочими в Испанию, когда там была гражданская война (вообще меня не покидает чувство хипповости испанской гражданской войны, ведь всe literati туда слетались как мухи на варенье.)


Именно поездка Хельман в Испанию потянула за собой знаменитое высказывание МакКарти (десятилетиями позже), что
read more )
toujours_murr: (Femme savante)
В "Снегах Килиманджаро" брутальный Хэмингуэй опустил нежного Фицджеральда, затравив байку о том, как Фрэнсис Скотт - с его глупым романтичным благоговением перед деньгами - хотел начать очередной свой рассказ следующим предложением
"Очень богатые люди отличаются от нас с вами..."  
Но кто-то его перебил: "Ну да, у них больше денег." 

Плут Хэмингуэй переврал все. На самом деле это он сидел в кафе с Максом Перкинсом, своим издателем, и с критикессой Мэри Колум. "Я начинаю познавать богатых," изрек Эрнест. Но Колум сказала: "Единственная разница между богатыми и нами в том, что у богатых больше денег." К сожалению, Эдмунд Вильсон записал именно обработанную версию, с глупо-романтичным Ф и маскулинно-остроумным Х, в свой Crack-Up  45-го года. Фицжеральда уже пять лет как не было в живых, но все равно обидно.  

Бедный Фицджеральд побаивался Хэмингуэя, хоть они и приятельствовали (вся литературно-киношная тусовка Нью-Йорка и Голливуда была на редкость инцестуозной. Все знали всех, и все друг друга недолюбливали). Даже на вечеринку у Дороти Паркер он боялся заглянуть лишний раз, несмотря на свое библейское знакомство с хозяйкой, если верить Лиллиан Хельмэн (получается Гельман в русском варианте, ишь. Верить ей не очень стоит, ибо моя Мэри МакКарти утверждала, что каждое слово Хельмэн - ложь, включая "и" и "но."). Сунув нос к Паркер, Ф увидел, как Х впал в ярость от встречи и разбил свой бокал о камин. Фрэнсис сбежал, а Эрнест погнул несколько ложек, сжав их мышцами одной своей руки.

Хотя невозможно спорить с утверждением насчет количества денег, все-таки я больше склоняюсь к аттитьюд Фицджеральда. У Мэри МакКарти в ее "Группе" есть очень богатая - единственная очень богатая -  девочка Поки, ужасно толстая, невоспитанная и ленивая. Остальные семь девочек, выпускницы Вассара 33-го, ужинают артишоками на пару и переживают о будущих мужьях. Одна Поки капает мороженым на свое платье от Lanvin и говорит, что при ее состоянии ее ждет вереница женихов. Поки единственная из всех, идущая в аспирантуру (она хочет стать ветеринаром), и летающая на охоту на собственном, подаренном отцом, самолете.
Даже полунищий художник-донхуан Дик Браун оценивает Поки по заслугам, пока пудрит мозги бостонской Дотти, своей будущей жертве:

Как человек прошлого века, я сам предпочитаю мальчишескую фигуру: девушка в шапочке для плаванья, стоящая как раскрытый перочинный ножик на доске у бассейна.(...) Но эта толстая мне нравится. У нее тепличный вид. Перламутровая кожа, упитанная устрицами. Ням, ням, ням; деньги, деньги, деньги. Мои сексуальные проблемы чисто экономического свойства. Я тепреть не могу неимущих  женщин, но мои собственные взгляды богемны. Невозможная комбинация.

Не надо его жалеть, он хорошо укатает Дотти, бостонскую браминшу (и даже не позвонит потом!).

Но как мне нравится Поки, а. Я ведь такая же ленивая и тоже капаю мороженым на одежду. Откуда только добыть деньги на устрицы, Lanvin, и самолет? Ведь тогда даже худеть не придется!
toujours_murr: (Default)
Пишу тут впервые статью по-русски о моей Мэри - вернее, перевожу и перекраиваю то, что у меня давно есть на английском. МакКарти почти не существует в русском переводе (кроме Камней Флоренции и Окинь холодным взглядом я ничего не нашла, но могу себе представить, что и Группа переведена). Так что приходится переводить и ее цитаты.
Есть прекрасная длинная сцена в романе  Заколдованная жизнь, где красавица-умница Марта случайно (у МакКарти все такого рода происходит случайно) спит со своим бывшим мужем, отвратительным Майлсом. Сцена, рассказанная сначала с точки зрения Майлса, а потом Марты, занимает в романе почти десять страниц :))). Я ее сильно сократила, но мне кажется, суть все еще передается. Если заметите шероховатости, дайте знать, плиз - еще успею отредактировать.

UPD: Огромнейшее вам всем спасибо! Благодаря вам я теперь блесну и вообще. Я себя чувствовала как в университете на Translation II в 2004м году, было здорово!
Я склоняюсь к варианту [livejournal.com profile] elena_di_giugno (добавлю еще конский волос) - там исправлены ляпы, но сохранено звучание текста.
смешной секс здесь!  )

toujours_murr: (Default)


Когда кто-то выкладывает кучу фотографий и рассказывает о всяких своих поездках, меня начинает тошнить, мутить, воротить, хочется одновременно в туалет и на ручки. Из уважения к френдам я все равно это все читаю и даже часто нахожу интересным. (то же самое относится к фотографиям-самострелам и фотографиям детей (и даже, страшно признаться, кошек)). Но я себя заставляю. Заставьте и вы.
Я завтра гоу вест, и, наверное, последний раз прошлась по зацементированным дорожкам между огромных деревьев, помнящих Мэри МакКарти. Кстати, шляясь по этим дорожкам ранее, я плевалась и думала, что в конце 20-х, когда здесь училась Мэри, они наверняка не были зацементированы, а усыпаны мелким светлым гравием, как и положено таким дорожкам. Но вглядевшись в фотографии тех лет, поняла, как жестоко я ошибалась. Они были зацементированы _всегда_.
Но сначала давно обещанная внутренность библиотеки:


сверхталантливые кадры, любуйтесь! )

toujours_murr: (Default)

Они встретились в Нью Йорке, когда оба были молоды и очень красивы. Оба увлекались литературой, политикой, Троцким и внимательно следили за СССР, таким модным в Нью Йорке 30-х.

"Мy dear, I've got the most Levantine lover!" хвасталась католичка Мэри своей подруге. Он был главным редактором Partisan Review, и недаром сокращение "лучшего журнала" Америки совпадало с его инициалами (через 30 лет известный персонаж другого Филипа, еще более известного, будет выписывать этот журнал своему папе, ради просвещения и престижа). Настоящее его имя было Иван Гринберг - его семья сбежала от украинских погромов в Палестину, Канаду, и - Америку.

Они очень любили друг друга, но Мэри быстро вышла замуж за старого и страшного Эдмунда Вильсона, воспа и друга Набокова.
Филип женился на вассаровской сокурснице Мэри, с которой была позже списана безупречная Лейки из The Group.

Они дружили и сотрудничали всю жизнь, хотя ругались много и страшно, временами угрожая друг другу судом.
Их письма 30-х годов не сохранились - слишком много переездов, слишком мало денег, слишком бурная молодость.
Но одну маленькую вещь того времени - _их_ времени! - я нашла, и у меня запершило в горле от умиления:

приготовить платочки )

Profile

toujours_murr: (Default)
toujours_murr

December 2016

S M T W T F S
    123
45 678910
111213 14151617
18 1920212223 24
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 29th, 2017 11:44 am
Powered by Dreamwidth Studios